воскресенье, 26 апреля 2009 г.

не убивай нас, Дункан Маклауд...

Региональное телевидение - это бесконечный источник Удивительного. Возможно, там распыляется специальный препарат, который превращает вменяемых людей в самовлюблённых долбоёбов. А, скорее всего, там присутствует какой-то зловредный газ без вкуса и запаха, который владельцы компаний тайком вдувают во все помещения, чтобы у сотрудников текла крыша. Представляю эту картину: сидит владелец телекомпании в халате, в руке бокал нормального коньячку, в руке - сигара, на голове - алая феска. И ржёт, хлопая себя по коленке, тыча пухлым, унизанным перстнями, пальцем в мониторы и выкрикивая "Не, ну ты глянь, какие фантастические долбоёбы!".

Я знаю пару-тройку людей с телевидения, а с некоторыми даже приятельствую. Замечательные ребята. Всякий раз, когда они говорят "завтра на работу", я хочу крикнуть "не надо, милые, там ведь этот страшный говноцеребральный паразитический газ, он превратит вам весь мозг в желе", но почему-то природная деликатность в такие минуты берёт верх. Ведь других-то телевидений поблизости нету. И им приходится так.

Сегодня, например, наши сельские гламуризаторы взяли обычного дяденьку с сизым лицом нормально пьющего человека, и его дочь (которая почему-то сказала, что в 21 год она "ходит по магазинам вместе с папой") и создали из них Прекрасное.



Девочку, натуральную блонду с густыми хорошими волосами, почему-то выкрасили в блядский красный цвет с хаотичными прядями непонятных оттенков. Этого им показалось мало, и ей навтыкали в голову всяких палочек. А дяденьке побрили виски, оставили сзади дебильный реднековский "хвост" и... нацепили на него самопальный килт. А на яйца повесили игривую текстильную сумочку с цепочками из блестящей хуеты, достойной репера. Получился челябинский Дункан Маклауд. В турецких туфлях модного фасона "Маленький Мук идёт на мальчишник".

Но не только стилистами славен наш город, вотчина танков, стали и проката. Здесь ещё и психологи есть. И у них тоже всё заебись с чувством юмора. "А сейчас будет песочная терапия", серьёзно говорит девушка с измученными глазами. Всегда подозревал, что быть психологом стоит только в том случае, если на работе удаётся нормально компенсировать недоебит пытками. "Почувствуйте песок". Мужчина послушно кладёт ладони в игрушечную песочницу. "Освободите своего внутреннего ребёнка". Мне не стать психологом, я запалю всю хуйню идиотским смехом. Но тут работают профессионалы. "Посмотрите, он изобразил свою дочь в виде русалки. Это очень хорошо". Конечно, хорошо. Русалка с сиськами, но без пизды, это всегда хорошо. Ибо сложно изготовить более богатый на фрейдистские трактовки образ.

"Почему-то наши участники не всегда идут на сотрудничество с авторами программы", задумчиво пробормотал ведущий педоватого вида, когда мужчина отказался красить волосы. Действительно, зогатко.

"Папа ужасно не любит пещеры", поделилась девушка. Поэтому она спрятала свою любимую плюшевую игрушку (которую папа должен был найти среди других аналогичных) в самую жопу чёрной промёрзшей пещеры, куда несчастный синелицый мужчина пополз, обливаясь потом от ужаса. Ты называл меня плохой девочкой, папа? Ха. Ха. Ха. Клаустрофобия хуйня. Главное - отжечь! Ведь он ещё не знает про килт!

Мужчина таки выжил. После заползания на гору, после тихого психоза в пещере. Выжил. Гвозди бы делать из этих. И вот, несчастный челябинский обыватель в килте и туфлях "салям алейкум, Анталия" стоит рядом с дочерью. У той в голове палочки, красные пряди свёрнуты в загадочные колечки и кудельки, а с лица к плечу спускаются рыжевато-голубые узоры. Боди-блять-арт. Сюприм-психоделик-гжель. Кислотная хохлома. И тут приходят друзья. Оценить новый образ наших патологически покорных героев.

Жена героя заливисто хохочет. Друзья тоже. Все рады. Смотрите, какие забавные клоуны! Всеобщий катарсис захлёстывает присутствующих, переживающих непростые минут нравственного преображения.

Я с сожалением смотрю на финальные титры, переключаю канал и закуриваю. В пижаме. С кальянным мундштуком в руке. Без фески, правда, но какие мои годы?